Рождественский Геннадий Николаевич

04.05.1931 – 16.06.2018

Пируэты Геннадия Рождественского

Популярность симфонических концертов может вырасти, если среди участников таких представлений появится новый персонаж — человек, отвечающий за аплодисменты. Он сможет подсказывать слушателям, где в паузах, существующих в партитурах, нужно хлопать, а где следует воздержаться от бисирования. Боязнь оконфузиться нередко останавливает начинающих меломанов от походов в филармонию. Новация вызывает улыбку, но в каждой шутке, как известно, есть доля правды.
В свое время великий Геннадий Николаевич Рождественский придумал гениальных ход, помогающий решить проблему двусмысленности при появлении звуковых «дыр» во время исполнения симфоний. «Я проводил массу экспериментов, — вспоминал музыкант. — Можно ли не почувствовать, где заканчивается произведение, когда долго-долго звучит аккорд? Нет! Нельзя тихо и спокойно снять аккорд, никто не будет аплодировать. А вдруг это ещё не все? Поэтому я делаю вот так (делает эффектный жест завершения), а еще делаю пируэт, оборачиваюсь и иногда даже говорю: конец!»
Маэстро много лет вёл диалог с самой разной публикой, открывая ей мир академической музыки. Рождественский-рассказчик не менее убедителен и прекрасен, чем Рождественский-дирижёр. Его монологи перед исполнением произведения содержали огромное количество интересных деталей. И все они укладывались в целостную историю, приближающую к пониманию творческих замыслов автора. К концу лекции возникало зудящее желание незамедлительно приложить полученную информацию к музыкальному материалу, несущему потоки мелодий и томительных… фермат. Кстати, Рождественский часто заканчивал вступительное слово репликой: «А сейчас мы послушаем само сочинение».
Как пример запись 1973 года Девятой симфонии Дворжака — Геннадий Рождественский и симфонический оркестр Центрального телевидения и Всесоюзного радио.
____________________________

Дирижёр — сын дирижёра и певицы

Он родился в музыкальной семье и продолжил семейную традицию, выбрав профессию своего отца, который и стал его наставником.
Он родился в музыкальной семье и продолжил семейную традицию, выбрав профессию своего отца, который и стал его наставником. 4 мая исполняется 90 лет со дня рождения замечательного советско-российского дирижера, педагога, просветителя и общественного деятеля Генна́дия Никола́евича Рождественского.
Его родители много лет проработали на радио — отец, Николай Аносов, дирижером, а мать, Наталья Рождественская, оперной солисткой. Там они и познакомились, потом поженились, а вскоре у них родился первенец Гена, который тоже впоследствии свяжет свою судьбу с радио, возглавив радийный оркестр — Большой симфонический (ныне имени Чайковского), и отдаст ему 13 лет своей жизни (1961-1974). Именно здесь проявится в полную силу его тяга к малоизвестным и редко исполняемым произведениям прошлого и настоящего. Но это лишь часть, хотя и существенная, его обширной творческой биографии, в которой было много других музыкальных коллективов, театров, премьер, постановок. И прежде всего это Большой театр, давший старт карьере молодого маэстро.
Еще будучи студентом Московской консерватории по классам фортепиано у знаменитого Льва Оборина и дирижированию у своего отца, Рождественский уже в 20 лет становится штатным дирижером прославленной столичной труппы, ответственным за балетный репертуар, преимущественно классический. Именно под его руководством в 1956 году проходят триумфальные гастроли Большого балета в Лондоне, когда англичан покорила блистательная Галина Уланова. В главном театре страны маэстро появляется еще трижды — сначала, в 1965 году, в качестве его самого молодого, 34-летнего главного дирижера, и затем в зените своей карьеры — в 1978 и 2001 годах. Теперь уже он, не ограниченный рамками текущего репертуара, дает волю своей неистощимой фантазии и тяге к экспериментам, ставит впервые на отечественной сцене целый ряд новинок — «Кармен-сюиту» Бизе-Щедрина, «Весну священную» Стравинского, «Человеческий голос» Пуленка в русском переводе своей матери, «Сон в летнюю ночь» Бриттена, «Игрока» Прокофьева в первой редакции и многое другое.
То же самое дирижер параллельно осуществляет и на Всесоюзном радио, а потом и на других своих постах, руководя оркестрами Вены, Стокгольма, Лондона. Он, кстати, первым из советских дирижеров получил возможность официально работать за рубежом.
Всего им сыграно дома и за границей около 2 000 музыкальных произведений, причем более 150 из них — российские премьеры, а еще столько же — мировые, что дало критикам право называть его «музыкальным археологом». Но в отличие от настоящих археологов, он «раскапывает» не только старинные, давно исчезнувшие пласты музыки, но и возрождает сравнительно недавние, но уже прочно забытые и почти не звучащие творения Орфа, Хиндемита, Мартину, Свенсена, Шенберга, Яначека, Денисова, Мясковского и других композиторов ХХ века. Некоторые из них — Шнитке, Виеру, Губайдулина — посвятили ему свои сочинения.
Чтобы облегчить слушателям восприятие этих и прочих раритетов, дирижер обычно предваряет их своими авторскими комментариями и вступительными речами, которые подчас не менее интересны, чем само произведение. Эти уникальные лекции поражают своей энциклопедической широтой, обилием интересных фактов и мягким добрым юмором, свойственным их автору. Значительная часть этих выступлений вошла в его книгу «Преамбулы», а также записана на пластинки вместе с самими произведениями.
Дискография дирижера очень обширна и насчитывает порядка 800 аудиозаписей, включающих, помимо прочего, все симфонии Чайковского, Брукнера, Глазунова, Прокофьева, Шостаковича и другие сочинения. Многие из этих работ удостоены престижных музыкальных наград и премий. Единственное, что ему так и не удалось осуществить, это постановку популярнейших классических оперных шлягеров типа «Травиаты» или «Кармен», о чем он мечтал всю жизнь — его вечное стремление к новому просто не оставило ему на это времени.
Особый этап в творчестве Рождественского — сотрудничество с Камерным театром Бориса Покровского, нашедшего в нем своего единомышленника. Первый же их совместный проект — возрождение раннего шедевра Шостаковича, оперы «Нос», не видевшей света рампы свыше 40 лет. И в дальнейшем на этой сцене было поставлено по инициативе дирижера и при его участии много интереснейших спектаклей, почти неизвестных российскому слушателю, таких как «Давайте создадим оперу» и «Блудный сын» Бриттена, «Похождения повесы» Стравинского, «Сервилия» Римского-Корсакова, «Три Пинто» Вебера-Малера, «Леонора» Бетховена, «Воскрешение Лазаря» Шуберта-Денисова, «Милосердие Тита» Моцарта.
Но Рождественский не только исполнитель и просветитель, а еще и многолетний профессор Московской консерватории, воспитавший десятки талантливых дирижеров — Понькина, Полянского, Валиева, Аннамамедова и других. Он также удостоен многих почетных званий, орденов и медалей разных стран, в частности — титула командора Британской империи, как и его коллега Мстислав Ростропович и лучший Шерлок Холмс всех времен и народов, актер Василий Ливанов. Геннадий Николаевич умер вскоре после своего 87-летия и похоронен вместе со своей матерью на Введенском кладбище в Москве, где также покоятся композиторы Катуар и Мосолов, певица Максакова, пианистка Юдина и другие знаменитые музыканты.
Текст — Анатолий Лысенков
____________________________
Имя Геннадия Рождественского известно всему миру. Необыкновенно многогранен творческий диапазон выдающегося музыканта: блестящий симфонический и театральный дирижер, пианист, педагог, композитор, автор книг и статей, великолепный оратор, исследователь, редактор и реставратор многих партитур…
Дирижерское искусство Мастера покорило весь мир. Выдающийся интерпретатор музыкальной классики и произведений современных композиторов, Рождественский уже давно входит в мировую исполнительскую элиту.
«Для меня секрет и суть моей профессии заключается в счастливой возможности играть для людей великие шедевры мировой музыки, в возможности общения с людьми при помощи этого международного языка, не знающего никаких границ», — говорит дирижер.
Рождественский — личность и могучий талант, гордость русской музыкальной культуры. Вся его жизнь — непрерывный творческий процесс. Каждый этап его творческой деятельности — это грандиозный раздел культурной жизни современности.
В дирижерском репертуаре Геннадия Рождественского, насчитывающем почти 2.000 произведений (рекорд, достойный «Книги Гиннесса»!) — произведения симфонической и театральной, классической и новейшей музыки. Дискография дирижера составляет более 400 компакт-дисков!
Почти треть этого репертуара составляют премьеры (по подсчетам, сделанным до 1985 года, более 300 произведений он исполнил впервые в стране, более 150 впервые в мире). «Исполняется впервые» — своего рода девиз многих концертов Рождественского, «лейттема» его творчества. Крупнейший интерпретатор музыки ХХ века, Рождественский познакомил отечественную публику со многими неизвестными ей сочинениями Брукнера, Шенберга, Хиндемита, Бартока, Мартину, Мессиана, Мийо, Онеггера; по существу, он вернул России наследие Стравинского. Под его управлением прозвучали премьеры многих произведений Щедрина, Слонимского, Эшпая, Тищенко, Канчели, Шнитке, Губайдулиной, Денисова (творческая дружба со многими из этих крупнейших художников современности испытана временем). Значительна поистине подвижническая деятельность дирижера и в освоении наследия С. Прокофьева и Д. Шостаковича, в частности, запись на пластинки полных циклов их симфоний (за грамзапись всех симфоний Прокофьева дирижер награжден дипломом Академии Шарля Кро в Париже, 1969), возрождение ранее не звучавших опер, балетов и оркестровых партитур этих композиторов.
Профессор Г. Н. Рождественский — автор книг и статей. Им выпущены книги «Дирижерская аппликатура», «Мысли о музыке» и «Треугольники»; в книге «Преамбулы» («СК», 1989) собраны тексты-пояснения, с которыми он выступал в своих концертах, начиная с 1974 года.
Рождественский сделал достоянием слушательской аудитории недошедшие до исполнения, незавершенные, неизданные партитуры. Истинный музыкант-просветитель, он отредактировал, отреставрировал, сделал транскрипции целого ряда партитур. Так родилась сюита «Пушкиниана» из музыки Прокофьева, оркестровка оперы Мусоргского «Женитьба», переложения и инструментовки сочинений Мийо и Вебера, редакции симфоний Брукнера, оперы Шостаковича «Игроки» по Гоголю и его же неоконченная оперетта «Большая молния»… Всего невозможно даже перечислить!