Ростропович Мстислав Леопольдович

27.03.1927 – 27.04.2007

Неизвестный концерт Ростроповича

Величайший виолончелист XX столетия Мстислав Ростропович осенью 1973 года играл в обычной московской музыкальной школе, затерявшейся в одном из жилых дворов рабочего района Кузьминки. Многочисленные поклонники маэстро ничего не слышали об этом выступлении. Оно не афишировалось. В актовом зале собрались преподаватели и их лучшие ученики. Ребят рассадили в первые ряды, предварительно проинструктировав, как нужно себя вести в присутствии уважаемого музыканта: спину держать ровно, головой не вертеть, ногами не болтать.
Мстислав Леопольдович точно в назначенное время появился в узком проёме входной двери небольшой аудитории. Артист лёгким кивком головы поприветствовал присутствующих и решительно поднялся на сцену, бережно держа в руках виолончель. Неземной красоты дама вошла в помещение следом за маэстро. Женская половина педагогического коллектива оживилась, узнав в спутнице музыканта несравненную Галину Вишневскую, супругу маэстро. Примадонна царственным взглядом окинула заполненные притихшими школьниками ряды, заняла кресло, предусмотрительно поставленное около рояля, и дала команду, что можно начинать вечер. Программа состояла исключительно из сольных номеров Ростроповича.
Он не изменял себе и играл как всегда вдохновенно, невзирая на непривычную обстановку. В руках гения инструмент выдавал дивную мелодию. Ростропович, по обыкновению прикрывший глаза во время исполнения сочинения, звал в далёкие миры, где есть любовь, доброта, красота. Некоторые юные слушатели зажмурились, чтобы не видеть стены, выкрашенные «сиротской» бледно-жёлтой краской и совсем не вписывающиеся в нарисованную мастером музыкальную картину абсолютного счастья.
Малыши тогда вряд ли осознали, что присутствовали на уникальном концерте гения. Понимание таинства встречи с магом и волшебником классического искусства пришло позже. По нелепой или трагической случайности представление Мстислава Леопольдовича никто не снял на фотоаппарат или камеру. Через несколько месяцев Ростропович и Вишневская покинули страну…на долгие пятнадцать лет. Изначально неординарное событие в музыкальной школе № 32 виделось уже полуподпольным мероприятием: Ростроповича, поддержавшего не вписавшегося в систему советских культурных ценностей писателя Александра Солженицына, лишили концертов в престижных залах. Мстислав Леопольдович страдал в отсутствии выступлений. Директор районной музыкалки сильно рисковал, предоставляя скромную сцену вверенной ему школы опальному мастеру.
Драматическая в своей неизвестности история заставляет с особым интересом пересмотреть архивную запись Гостелерадиофонда, сделанную также в 1973 году. На черно-белых кадрах мы видим Мстислава Ростроповича и Большой симфонический оркестр Всесоюзного радио и Центрального телевидения под руководством Геннадия Рождественского. Они исполняют Концерт до мажор для виолончели с оркестром Йозефа Гайдна. Произведение длится менее получаса. Крупные планы ловят лицо Мстислава Леопольдовича, возможно, уже прощающегося с Москвой …
Мстислав Леопольдович Ростропович для друзей, которые называли его просто Слава, был бесконечно добрым и всегда готовым придти на помощь, для других же — непререкаемый авторитет в искусстве. Его уникальный музыкальный талант и совершенно фантастический общественный темперамент сделали его знаменитым не только в определенных кругах. Его знали все, даже те, кто никогда не бывал на его концертах и вообще был далек от классической музыки. Ростропович в свое время защищал Тарковского и Солженицына, играл на развалинах берлинской стены в 1989 году, в августе 1991-го прилетел в Москву, чтобы присоединиться к защитникам Белого дома (не предупредив даже жену, Галину Павловну Вишневскую). Это был символ всего лучшего, что может быть в художнике и человеке.
За свою долгую творческую жизнь Мстислав Леопольдович сыграл тысячи концертов в концертных залах, на фабриках и заводах, в клубах и королевских резиденциях. А параллельно с виолончелью шла активная дирижерская деятельность. Ростропович встал за пульт Большого театра в 1967 году, дебютировав в опере «Евгений Онегин», а затем продирижировал операми «Семен Котко» и «Война и мир» Прокофьева. Он был участником мировых премьер опер Шнитке «Жизнь с идиотом» (1992, Амстердам) и «Джезуальдо» (1995, Вена), оперы щедрина «Лолита» (в Стокгольмской опере). Он с удовольствием выступал с молодыми талантливыми музыкантами. Когда маэстро ушел из жизни, Максим Венгеров сказал:
«Ростропович был самый близкий человек после моих родителей. Первый раз я с ним встретился, когда мне было лет 16, я моментально просто влюбился в него как в человека. Для меня он вечный».