Дютуа Шарль

род. 07.10.1936
  • Швейцария

С любовью к России

Середина 70-х, застывшая Нева, ледяной ветер и мороз за двадцать. По Невскому проспекту идет мужчина в легком пальто и без шапки. Это Шарль Дютуа, маэстро из Швейцарии. Он приехал на несколько дней в Ленинград, чтобы увидеть город, о котором столько читал. Ему сорок, и у него еще всё впереди: несколько десятков международных наград, главные — две премии Грэмми, работа с топовыми оркестрами Европы и Америки, слава лучшего современного интерпретатора французской музыки.
В то время он был в начале пути на дирижерский Олимп. В его резюме — профессии скрипача и альтиста, уроки у маэстро Шарля Мюнша, контракт с Венской оперой по протекции Караяна и работа с оркестрами разных стран. Спустя десятилетия заслуженной наградой станет место в пятёрке самых востребованных дирижеров мира. В этом рейтинге он обойдёт даже не знающих усталости рекордсменов сцены: Даниэля Баренбойма и Валерия Гергиева!
У Шарля Дютуа более двух сотен записей на Deutsche Grammophon, EMI, Philips. Он выступал с Ростроповичем и Ашкенази, Кавакосом и Аргерих. Кстати, пианистка Марта Аргерих (или Аргерич, как сейчас многие говорят) была одной из его жен. А всего их у маэстро четыре. Самая любимая, конечно же, последняя, скрипачка Шанталь. Они расписались, когда музыкант отметил свой 74-й день рождения. Огромная разница в возрасте не помешала счастью молодожёнов.
Знаменитый музыкант умеет наслаждаться жизнью в любом возрасте. Он заядлый путешественник. Побывал в пустынях Африки и в джунглях Амазонии, поднимался в горы Тибета и опускался в пещеры Южной Америки. Очень любит Россию и неплохо ее знает. Кольский полуостров, Байкал и Курилы для него не просто точки на карте. Обожает Гоголя и Толстова, Чехова и Пушкина. Своего единственного сына назвал Ваней.
Очень символично, что спустя десятилетия Шарль Дютуа приезжает в город на Неве уже не только как путешественник или редкий гастролер. С 2018-го года маэстро стоит за пультом оркестра Петербургской филармонии в качестве главного приглашенного дирижера. И никакой скидки на возраст он не ждет — ни от публики, ни от критиков.